Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. И тогда мирянка Велукантаки Нандамата приготовила подношение, наделённое шестью факторами, Сангхе монахов, возглавляемой Сарипуттой и Моггалланой. Божественным глазом, очищенным и превосходящим человеческий, Благословенный увидел, как мирянка Велукантаки Нандамата готовит это подношение, и тогда он обратился к монахам:

«Монахи, мирянка Велукантаки Нандамата готовит подношение, наделённое шестью факторами, Сангхе монахов, возглавляемой Сарипуттой и Моггалланой. И каким образом подношение наделено шестью факторами? У дающей есть три фактора, и у получателей есть три фактора.

И какие три фактора у дающей?

1. Дающая рада перед даянием.
2. У неё спокойный, уверенный в акте даяния ум.
3. Она воодушевлена после даяния.

Таковы три фактора у дающей. И каковы три фактора у получателей?

1. Получатели лишены жажды или практикуют ради устранения жажды.
2. Они лишены злобы или практикуют ради устранения злобы.
3. Они лишены заблуждения или практикуют ради устранения заблуждения.

Таковы три фактора у получателей. Таким образом, у дающей есть три фактора, и у получателей есть три фактора. Вот как подношение наделено шестью факторами.

Непросто измерить заслугу от такого подношения так: «Такого-то объёма [этот] поток заслуг, поток благого, пища для счастья—божественный, созревающий в счастье, ведущий в небесные миры—ведущий к желаемому, желанному и приятному, к собственному благополучию и счастью». Вместо этого это считается попросту неизмеримой, безмерной, огромной грудой заслуг.

Монахи, подобно тому, как непросто измерить воду в великом океане так: «Вот столько-то галлонов воды здесь» или «Здесь столько-то сотен галлонов воды» или «Здесь столько-то тысяч галлонов воды» или «Здесь столько-то сотен тысяч галлонов воды»—но вместо этого этот [объём] считается неизмеримым, безмерным, огромной грудой воды—то точно также непросто измерить заслугу от такого подношения так: «Такого-то объёма [этот] поток заслуг… Вместо этого это считается попросту неизмеримой, безмерной, огромной грудой заслуг». [И далее он добавил]:

«Прежде чем дать, он рад.
Когда даёт—ум утверждает в вере.
И после этого он воодушевлён:
Вот в чём успех свершения даяния.

А если жажды, злобы лишены они,
Как и невежества, и пятен не имеют,
Собою сдержанны, ведут святую жизнь—
То [это] поле подаяний совершенно.

Себя очистив и
Руками собственными подарив,
Деяние щедрое такое—плодородно
И для себя, а также, для других.

Поступок такой щедрый совершив
С умом от скупости освобождённым,
Мудрец, что своей верою богат,
Перерождается в счастливом мире без страданий».